Николай фон Зеела: беззаконие и конфликты в LIEBHERR

Президенту Правления
Liebherr International AG
Доктору Willi Liebherr

Вице-Президенту Наблюдательного Совета Liebherr International AG
Isolde LiebherrОб этом информирует AFERIST.ORG со ссылкой на  slleasing.livejournal.com

Liebherr International AG
rue de l’Industrie 45
1630 Bulle SCHWEIZ

от

сотрудника
дочернего предприятия
Концерна LIEBHERR в России
Москва, Российская Федерация

Кас.: деятельность руководства дочерних
предприятий Концерна Либхерр в России
LIEBHERR — синоним ФАШИЗМА?

01 июня 2015

Уважаемый г-н Либхерр!
Уважаемая г-жа Либхерр!

Прошу Вас вмешаться в ситуацию и прекратить беззаконие, происходящее в Ваших дочерних предприятиях в России.
Руководство компаний ООО «СЛ Лизинг» и ООО «Либхерр-Русланд» не выплачивает оговоренные премиальные сотрудникам, приписывая в отчетах сделки себе. Сотрудников, недовольных ситуацией, запугивают, вышвыривают на улицу, портят карьеру и вмешиваются в личную жизнь, чувствуя при этом абсолютно полную безнаказанность. Лично мне пришлось несколько раз обратиться в суд для того, чтобы получить заработанные премиальные.

Эти люди не просто не ценят сотрудников, они не считают российских граждан за людей. Существующая кадровая политика плодит бездельников и лентяев. Работающий персонал не заинтересован в результатах своей работы, квалифицированные кадры вымирают как вид, оставшиеся сотрудники полностью демотивированы, просиживают своё рабочее время от и до, происходит текучка кадров, люди сменяют друг друга, на место одного ушедшего специалиста нанимают двух, трёх, — каждый из них по отдельности недостаточно квалифицирован, а каждый последующий хуже предыдущего.
На мое желание сообщить обо всём семье Либхерр, Генеральный директор ООО «Либхерр РУсланд» Н.фон Зеела ответил мне, что «семья Либхерр в курсе», и «общаться с Вами они не станут», и «вообще никто не станет в этом разбираться», чем он и пользуется все эти годы.
Тем не менее сообщаю Вам о некоторых фактах данным письмом, в надежде, что ситуацию, при которой сотрудник восьмой год вынужден получать свою заработную плату через суд, и Вы сочтёте ненормальной. Надеюсь, Вас заинтересует ситуация в том виде, как она выглядит изнутри, а не в том, как о ней докладывает ставленый руководящий состав в России.

Столь длинный текст обусловлен необходимостью: с одной стороны он является и без того сжатым описанием продолжающихся восьмой год событий, с другой стороны имеет целью предотвратить любое искажение информации моими оппонентами.

Я работаю с марта 2007 года в дочернем предприятии Концерна LIEBHERR в Российской Федерации в должности ведущего менеджера по продажам, встречались с Вами на выставке СТТ.
В 2007 году, я пришла в эту вновь создаваемую компанию, и первой приступила к работе по уставной деятельности компании, в условиях только формирующихся уставных документов, наличия для деятельности только уставного капитала, при пустом сервере и большом количестве желающих финансирования клиентов концерна LIEBHERR, поступивших от ООО «Либхерр-Русланд». За постановку деятельности компании с нуля при приёме на работу мне была обещана достойная оплата труда, карьерный рост, хороший социальный пакет, служебное авто, премиальные от сделок и много других преференций.
В момент моего выхода на работу было собрано всё руководство ООО «Либхерр-Русланд», всем были розданы мои контакты, и с этого момента ко мне стали обращаться менеджеры и клиенты всех филиалов Концерна LIEBHERR со всей России – от Санкт-Петербурга (в т.ч.Калининграда) до Дальнего Востока.
Благодаря своему опыту работы в крупнейших компаниях России с участием иностранного капитала я лично разработала и собственноручно написала всю необходимую для осуществления деятельности компании документацию, разработала всю систему статистического учета, указала Генеральному директору на источник самого дешевого финансирования деятельности на российском рынке.
Ввиду отсутствия ассистентов, отдела сопровождения, специалистов финансового контроля, бухгалтеров и прочего персонала, необходимого для осуществления нормальной работы лизинговой компании, все обязанности данных специалистов приходилось выполнять мне одной. Я работала ежедневно с 8 утра и до 23 часов, продолжая на дому работу с документами до 3-4 часов ночи, я приходила в офис по субботам и воскресеньям, я не могла позволить себе уходить в отпуск. Всю работу – от встреч и переговоров, консультаций, командировок (в т.ч. и на Урал, и в Сибирь, и в Германию и т.д.), и до тупого вбивания 20-значных цифр в номера счетов в документы, переводов документации на немецкий и английский языки приходилось делать мне одной. Только в конце 2007 года мы наняли второго менеджера по продажам, обучением которого также пришлось заниматься мне.
Кроме того, в процессе работы выяснилось, что юристы, занимавшиеся регистрацией нашего ООО, не поставили нашу компанию на учёт в орган по борьбе с финансированием терроризма – Комитет по финансовому мониторингу (КФМ), и этим также пришлось заниматься мне.
Всё это время мне не выплачивались премиальные, оговоренные при приеме на работу, я продолжала оставаться в прежней должности менеджера, ни о предоставлении авто, ни хотя бы о компенсации за использование моего авто в служебных целях речи даже не шло. Когда я в декабре 2007 года подняла вопрос о выполнении данных мне обещаний – свою часть договора я выполняла более чем безупречно – мне ответили, что данные вопросы будет решать уже новый Генеральный директор – Элгар Херманн Мэр.
В июне 2008 года, поняв, что эти вопросы так и не решаются, и обратившись за разъяснениями к Э.Мэру, он мне сообщил, что премии он либо подпишет мне ровно в 10 раз ниже оговоренных при приёме на работу, либо не подпишет ничего. Для получения компенсации за использование своего (!) авто я должна заполнять путевые листы, и тогда в будущем мне будет компенсироваться бензин исходя из 20 центов за каждый пройденный по работе 1 км. Над обещанной мне при приеме на работу прежним руководителем должностью Коммерческого директора он «подумает».
Несмотря на сильные расхождения между обещанным и реальным положением вещей, я была вынуждена согласиться на новые условия. Но подписав в августе 2008 года соглашение о премиальных Э.Мэр попытался уменьшить и эти суммы ещё на 18% за счет вычета НДС с техники. Вычтя ещё 13% НДФЛ, получим снижение и так уменьшенных в 10 раз премиальных ещё на 31%. Однако второй менеджер также отказался подписывать такое ущемляющее нас соглашение о премиальных, и НДС при расчёте премий всё же был учтён, но недовольство Э.Мэра осталось, и, забегая вперёд, скажу, что когда мне пришлось снимать свои законные премии с Э.Мэра через суд, он и туда приносил расчёты премиальных, всё же уменьшая суммы на 18% НДС.
К моменту вступления Э.Мэром в должность к нам пришла проверка из КФМ, и организации грозил штраф за несообщение им о крупных сделках с момента регистрации ООО по вине юристов из «Байтен Буркхардт», не поставивших нас на учёт в КФМ при регистрации. На момент прихода комиссии ответственной за КФМ была я, занимавшаяся исправлением ошибок «Байтен Бургхардт» — постановкой нас на учёт, написанием и согласованием правил внутреннего контроля. Дабы уменьшить сумму штрафа перед КФМ, в связи с тем, что штраф на юридическое лицо в разы выше, чем на физическое, компанией «Байтен Буркхардт» совместно с Э.Мэром было решено свалить всю вину на меня как нерадивого сотрудника, а не на немецкую юридическую компанию. Э.Мэр вместе с юристами вызвал меня в переговорную комнату и попросил ради блага нашей компании подписать всю необходимую документацию, взяв вину на себя. Я расписалась в том, что виновата во всём я, на меня было наложено формальное дисциплинарное взыскание, которое вошло в моё личное дело. Ради блага компании я была готова на это. Каково же было моё удивление, когда Э.Мэр, придя в 2009 году в суд, заявил, что это из-за меня, оказывается, компания в 2008 году понесла штраф, уплаченный КФМ!

В ноябре 2008 года Э.Мэр начал выплату части положенных мне премий, в январе 2009 продолжил ещё меньшей частью, пообещав продолжить выплату в следующем квартале, но больше своих премий я от него не увидела.
В апреле 2009 года Э.Мэр шантажом потребовал от меня подписания новой методики выплаты премиальных, и только тогда он якобы сразу погасит передо мной долг по старым премиальным. Однако получив мою подпись, в ту же минуту он заявил, что теперь вообще не обязан выплачивать мне и прежние премиальные. Более того, он в крайне невежливом тоне сказал мне, что премий я больше получать не буду вообще, а если ещё раз про них спрошу, то «больше здесь работать не буду». Тем временем Э.Мэр нанял ещё одного менеджера по продажам (но ведь кризис же!), которому при мне начал передавать моих клиентов и отправлять его в командировки по сделкам, которые с самого начала вела я. Больше того, все новые сделки, которые ранее приходили мне одной и которые я распределяла между новыми менеджерами, Э.Мэр замкнул исключительно на себя и стал распределять их на двоих менеджеров, полностью игнорируя меня.
Любопытные случаи происходили на моих глазах: когда мои клиенты просили меня об отсрочках и реструктуризации графиков платежей в связи с всеобщим финансовым кризисом, я спрашивала об отсрочках Мэра, но он категорически отказывал. Удивительным образом впоследствии я заставала некоторых из них выходящими из его кабинета, после чего довольный собой Э.Мэр просил меня рассчитывать для данного клиента новые, льготные графики.
В июле 2009 года Э.Мэр отказался выплачивать мне отпускные, рассчитываемые по среднему заработку. Мне пришлось пригрозить обращением в соответствующие инстанции, после чего Э.Мэр подписал мне выплату отпускных со словами «делаю это в последний раз».
Среди сотрудников Э.Мэр распространил слух, что он уволит в ближайшее время меня и Дамира (финансового аналитика) за то, что Дамир «мусульманин и он за это его ненавидит», а меня за то, что у меня «амбиций слишком много».
Я не знаю, насколько хорошо Э.Мэр ранее справлялся с обязанностями финансового директора на заводе в Nenzing, но что касается российского рынка, здесь его некомпетентность ввиду отсутствия соответствующего опыта понятна. Однако все свои промахи, незнания, некомпетентность, замечания об ошибках, консультации с моей стороны по рабочим вопросам, Э. Мэр воспринимает крайне болезненно, нервно.
И действительно, как и планировал, Э.Мэр уволил меня за один день – дал задание юристам составить документы о якобы допущенных мной проступках и заставил остальных работников подписать эти документы. Впоследствии эти коллеги тихо, кто-то даже письменно, просили у нас прощения и оправдывались необходимостью кормить своих детей, выплачивать кредиты и т.п., но против руководства все идти побоялись и под давлением Э.Мэра подписывали сфальсифицированные против меня документы. Кроме того, я регулярно возмущалась прогулами, опозданиями и отвратительной работой некоторых новых сотрудников, и они с радостью согласились подписывать против меня документы.
Э.Мэр предложил мне написать заявление на увольнение по собственному желанию, если я хочу «иметь чистую трудовую книжку», исключительно за положенную по закону компенсацию за неиспользованный отпуск. Выплачивать оставшуюся часть моих премиальных этот человек также отказался.
Так, за один летний день, вместо благодарности за адскую проделанную за 3 года работу ради благополучия компании в ущерб своей личной жизни, я оказалась и без работы, будучи уволенной с должности «менеджера по продажам», и без возможности дальнейшего трудоустройства – Э.Мэр меня уволил по статье «за неоднократное неисполнение трудовых обязанностей», сделав соответствующие записи в моей трудовой книжке. Более того, вместо заработанных премиальных, при увольнении я ещё и должна осталась – якобы бухгалтер при выплате отпускных просчиталась и насчитала мне лишнего.
С августа 2009 года меня отключили от корпоративного медицинского страхования, а в ЗАО «Райффайзенбанк», уважаемым клиентом которого я являлась ещё задолго до прихода в Liebherr, Э.Мэр направил письмо о том, что он меня «уволил из компании», в связи с чем просил отключить от корпоративных тарифов по обслуживанию моих счетов. До настоящего момента, я самостоятельно оплачиваю и медицинскую страховку, и банковские комиссии, хотя оплачивать данные расходы по трудовому договору является обязанностью работодателя.
Более того, по условиям трудового договора, время пребывания на больничном, а также период пребывания в декретном отпуске оплачивается работодателем. Э.Мэр заявил, что данные условия, подписанные когда-то для всех сотрудников прежним руководством, для меня теперь недействительны и отказыввается оплачивать и то, и другое.

После незаконного и незаслуженного увольнения из всех возможных способов восстановить справедливость и заставить Э.Мэра оплатить проделанную работу и опровергнуть лживые записи в трудовой книжке единственно законным было обращение в суд. Все обвинения были признаны и судом и прокуратурой беспочвенными и квалифицированы как сфабрикованные в качестве повода не выплачивать премиальные и избавиться от высокооплачиваемого работника. Меня восстановили на работе, обязали работодателя выплатить премии и заработную плату за весь период судебного процесса, возместить мне юридические расходы, хотя по справедливости все это оплатить должен был бы Э.Мэр.

Однако в первый же день моего выхода на работу, 25 декабря 2009 года, Э.Мэр продолжил свою грязную политику, тешить свои амбиции, издеваясь надо мной за счет средств компании. Он запирал от меня двери во все кабинеты, включая кухню, приказал мне сидеть в самой дальней абсолютно пустой комнате с громким эхо. Когда я пыталась с ним поговорить, Э.Мэр бежал от меня по коридору с криком «Здесь никого нет» и запер перед моим носом дверь. Поведение, «достойное» руководителя! Это был последний раз, когда я его видела.
12 января 2010 года, когда после моего восстановления должны были прийти с проверкой судебные приставы, Э.Мэр со второй половины рабочего дня попытался сослать меня на 4 дня на Дальний Восток – без оплаченных гостиниц, денег, телефона, без предоставления контактов клиента и т.п. Хотя в данной командировке не было никакой рабочей необходимости, кроме личного желания Э.Мэра нагадить мне. В очередной раз он выбросил на ветер деньги компании. Мне просто принесли купленные за счет компании билеты на самолет и поезд, дорога как раз занимала 4 дня. А я единственный ребёнок у своих родителей. Я отказалась ехать в такую «командировку», и на меня было наложено очередное дисциплинарное взыскание за неисполнение трудовых обязанностей, снимать которое мне также пришлось в суде. Мне не был выдан пропуск, я простаивала на этаже под дверьми офиса, дожидаясь приходящих сотрудников или клиентов, — сотрудники по его приказу не открывали мне дверь, и в конце концов он просто приказал охране бизнес-центра не пропускать меня даже в здание. Когда я подала на Э.Мэра в суд, требуя пропустить меня на рабочее место, Э.Мэр прислал мне в суд мою трудовую книжку с очередной статьей – он уволил меня … за прогул.
Такой наглости в суде не видели давно. Меня вновь восстановили, снова обязали руководство дочернего предприятия Liebherr выплатить заработную плату за весь период недопуска и судебного разбирательства, и я снова вышла на работу, отправляясь в офис уже с судебными приставами. Но даже при приставах Э.Мэр не впускал меня в офис.
По российскому законодательству после восстановления работодатель обязан по желанию работника выдать ему новую, чистую трудовую книжку, без порочащих записей. Таких заявлений я писала Э.Мэру предостаточно, но на настоящий момент моя трудовая книжка снова испорчена, и я по настоящее время не могу даже приступить к поиску новой работы, раз здесь в моих услугах больше казалось бы не нуждаются. Но и отпускать он меня не торопится – ни растущие долги по заработной плате, ни по недоплаченным премиальным он не погашает, должность не меняет, расходы по медицинскому страхованию не возмещает. Теперь Э.Мэр начал гадить и за пределами данного спора, замаскированного им под трудовой – он направил в Консульство США письмо от имени Концерна LIEBHERR с порочащей меня информацией, чтобы меня не пустили в США в мой законный отпуск.

После очередного восстановления в октябре 2010 года, сначала я просидела в пустой переговорной комнате нового офиса, от меня вновь запирались все двери, включая кухню, а затем ассистентка Э.Мэра вручила мне приказ «осуществлять трудовую деятельность из офиса Томаса Олсона», друга Э.Мэра, владельца юридической консультации, ведущего все судебные и не только дела Концерна LIEBHERR.
Этот человек, Т.Олсон, ещё в 2009 году, взял у нашей компании в лизинг автомобиль Мерседес, но по лизингу платил редко, если вообще платил. Более того, Э.Мэр давал Т.Олсону много заказов на различного рода услуги, в т.ч. на составление документации для текущей деятельности компании, но результатов работы Т.Олсона и его сотрудников никто никогда не видел, при этом деньги ему со счетов компании перечислялись, а на все наши возмущения по поводу этого господина и его «работы», Э.Мэр только защищал своего друга – «не трогайте его, я сам решу с ним все вопросы».
И в моём случае и Э.Мэр, и Т.Олсон, прекрасно зная, что все дела против меня для них проигрышны, продолжали тратить деньги Концерна Lieberr на почасовую оплату своих услуг по проигрыванию дел во всех инстанциях, и по выплатам по суду компенсации заработной платы мне — работнику, который до работы не был допущен ни на одну минуту. Как я понимаю, Э.Мэр должен был предоставить в Германию информацию в цифрах. Из неё вполне очевидно, что сотрудник, не проработав после увольнения ни дня, получает заработную плату, не принося никакой пользы компании. Эта ситуация вполне устраивает г-на Э.Мэра и г-на Т.Олсона – они же тратят не свои деньги, а деньги Концерна.
Более того, Т.Олсон заявил мне, что он является «другом г-на Либхерра, и всё что он делает, он делает исключительно с личного указания господ В.Либхерра и прежнего руководителя в Германии — г-на Р.Бауша».
Прежде чем поехать в офис ООО «Олсон Консалтинг» после восстановления в октябре 2010 года, я, ожидая от Э.Мэра очередной попытки сослать меня в невозвратную командировку, попросила у Главного бухгалтера Бадьиной И., которая вышла в коридор, предоставить мне «Положение о командировках». Однако Бадьина И., чье письменное признание о том, как Э.Мэр заставлял её подписывать фальсифицированные документы на меня, я показала в суде, затаила на меня за это обиду. На мою вежливую и официальную просьбу она ответила хамством и нецензурной бранью демонстративно мне в диктофон, а на повторную просьбу накинулась на меня. Я пригрозила в случае нанесения мне увечий обратиться в правоохранительные органы, на что вновь получила в свой адрес только мат. Через несколько минут я увидела Бадьину И., Мэра Э. и его водителя в верхней одежде, покидающими офис – они поспешили первыми в рабочее время подать на меня заявление в полицию. Через два дня мне позвонили из полиции и попросили дать объяснения по факту нанесения телесных повреждений Бадьиной И. В полиции я продемонстрировала диктофонную запись, на которой отчетливо было слышно, что не я избила Бадьину И., а наоборот, дело было закрыто, а участковый посоветовал мне подать частный судебный иск в связи с побоями и лжесвидетельством со стороны Бадьиной И. При этом Э.Мэр потребовал с меня письменных объяснений по факту нанесения повреждений Бадьиной И. И люди не поленились заехать купить медицинскую справку о якобы имеющихся синяках.
Впоследствии я прямо спросила Н.фон Зеела, почему от меня продолжают требовать ухода из компании, а Мэра оставляют на рабочем месте, раз, как он утверждал, в Германии в ситуации разобрались и переоценили, и мне приносят свои искренние извинения. Он ответил мне, что я не могу там остаться, т.к. я подралась с Главным бухгалтером Бадьиной И. Удивительно. Это она меня побила, этому есть доказательства, и опять же ей предложено остаться, а я должна уйти. Женщина, приехавшая из провинции, работавшая кассиром в провинциальном магазине, чей брат отбывает наказание за убийство; не имеющая достаточного образования, не владеющая ни одним иностранным языком. Более того, она перешла в ООО «Либхерр-Русланд» — Н.фон Зеела взял её к себе на работу, т.к. она является подругой Главного бухгалтера ООО «Либхерр-Русланд» Алексеевой О., к слову, акушера-гинеколога по образованию, тоже без знания иностранных языков. Никогда не понимала политику нанимать неучей, чтобы оплачивать им потом обучение за счет компании.
В офисе ООО «Олсон Консалтинг» я после очередного восстановления с октября 2010 и по настоящее время – 2015 год — должна «трудиться»: без сервера, электронной почты, телефона, визиток и т.п. Так Э.Мэр использует квалифицированную дорогостоящую уважаемую рабочую силу, вынуждая меня сидеть и бездельничать вместо того, чтобы продолжать работать на благо компании, а ведь более 70% оборотов компании создано за счет моей клиентской базы, от которой Э.Мэр меня отстранил.
И этого Э.Мэру показалось мало. В декабре 2010 г. я запланировала тур по США с целью навестить живущего в Далласе друга. Согласно законодательства, я подала Т.Олсону (который стал представителем Э.Мэра по трудовым вопросам) свое заявление на отпуск. Это заявление Т.Олсон долго не подписывал, но под моей угрозой нажаловаться в прокуратуру на отказ в положенном отпуске и стребовать с него по суду все свои расходы на билеты и гостиницы в США, заявление подписал. Но не только заявление подписал Т.Олсон – они вместе с Э.Мэром направили в тот же день в Консульство США от имени Концерна LIEBHERR письмо порочащего меня содержания и рекомендовали консульству не пускать меня в США по причине якобы имеющихся у меня проблем с законом в РФ, написали, что указанная мной при подаче на визу информация о моей работе в Концерне — ложная.
Однако паспорта с проставленными двухлетними визами были на тот момент уже у нас на руках, и Консульство США потребовало вернуть мой паспорт. Консул, зачитав мне письмо, сообщил, что данное письмо от концерна LIEBHERR он не может проигнорировать и аннулировал мне визу – 28 декабря, за два часа до моего вылета в Лас-Вегас.
В связи с этим письмом, направленным Э.Мэром, мне впоследствии пришлось менять испорченный паспорт, тратя на это время и средства, а в тот момент мне пришлось понести убытки в связи с потерей купленных на условиях «без возмещения стоимости» билетов, отменой гостиничной брони в США и организации альтернативного отдыха за три дня до нового года при отсутствии виз. Таким образом, Э.Мэр в очередной раз скомпрометировал имя LIEBHERR, в очередной раз измазав его грязью.

Уволить меня после отпуска снова не получилось – несмотря на активную работу Т.Олсона по сочинению заданий, не входящих в мои обязанности и имеющих цель меня унизить и уволить за их неисполнение. Я принесла справку о беременности. И тут Э.Мэр и Т.Олсон принялись с удвоенной силой надо мной издеваться. За мной ходили с секундомером, со мной не здоровались, мне выключали свет, пардон, в туалетной комнате, проходя, целенаправленно задевали мой стул, а на кухне когда я ела – задевали мои ноги.
Закончилось всё тем, что когда на 9-м месяце беременности Т.Олсон унёс из коридора диван, на котором я ежедневно сидела с 9 до 18, заменив его на тумбочку и предлагая мне стоять с большим животом весь рабочий день, я прошла в переговорную комнату и села за стул там. Т.Олсон стал меня вытаскивать оттуда силой за руки, я сопротивлялась, т.к. иначе он толкал меня животом об стол, и он вызвал охрану и полицию, чтобы они меня вышвырнули оттуда. В итоге меня увезли на скорой с диагнозом «преждевременные роды». При этом Т.Олсон не поленился вручить мне приказ о том, что если я ещё раз возьму стул, то он заведет на меня «уголовное дело за пользование имуществом третьих лиц».
Подобных документов после очередного последнего восстановления 18 октября 2010 года и по настоящее время – 01 июня 2015 года — у меня накопилось предостаточно: мне не давали работать по трудовому договору, меня не допускали к клиентам, которых я вела и не позволяли зарабатывать премиальные, мне нельзя было ни звонить по телефону, ни выходить из офиса Т.Олсона, все переговоры можно было вести только в офисе «Олсон Консалтинг» и т.д. и т.п. Когда я продемонстрировала эти папки Н.фон Зеела, он полистал их и пришёл в ужас. Однако посчитав, наверное, что нормальный человек такого не выдержит, что я сама скоро оттуда сбегу, дал зелёный свет Э.Мэру и Т.Олсону продолжить издевательства надо мной.

Однако гадить себе на голову я не позволю, и прощать всего произошедшего со мной и моей семьёй за эти 8 лет я ни Э.Мэру, ни Т.Олсону, ни Н.фон Зеела не намерена. Считаю необходимым привлечь их к ответственности за каждый из указанных эпизодов и каждую составленную против меня бумажку.
Пока я находилась в декретном отпуске, Э.Мэр пока не мог уволить меня в очередной раз, но не оставлял меня в покое. Мне регулярно звонили по его поручениям и угрожали, а теперь в первый же день выхода из декрета снова незаконно уволили.

В феврале 2012 года г-н Н. фон Зеела, Генеральный директор ООО «Либхерр-Русланд», три года молча наблюдавший за этой ситуацией, после смены руководства Концерна в Германии очевидно по их требованию сделал вид, что попытался наш с Э.Мэром конфликт уладить.
Когда в 2008 году Генеральным директором стал Э.Мэр, я жаловалась ему на сложность получения сделок от ООО «Либхерр-Русланд», сотрудники которого глубоко сидят на откатах от лизинговых компаний, с которыми работали до открытия нашей компании. Также я обратила внимание Э.Мэра на странные сделки, по которым клиенты, явно располагающие деньгами, но имеющие расположение руководства ООО «.Либхерр-Русланд», внезапно отказывались оплачивать нам лизинг уже используемой ими техники, но при этом технику забирали себе, а все убытки списывались за счет ООО «Либхерр-Русланд». При этом от сотрудников ООО «Либхерр-Русланд» я узнавала, что это не первая подобная махинация, в чём я лично убедилась, когда заметила руководство ООО «Либхерр-Русланд» обмывающим очередную махинацию совместно с руководством компании-должника. После моих откровений Э.Мэр прямо спрашивал об этом Н.фон Зеела с прямой ссылкой на меня, и у того естественно возникла ко мне личная мягко говоря антипатия.
В феврале 2012 года г-н Н.фон Зеела сообщил мне, что якобы вообще не знал о нашем конфликте, а узнав, сразу предложил урегулировать его, добровольно исправив мою трудовую книжку, возместив за счет ООО «Либхерр-Русланд» полностью все мои материальные убытки и моральный ущерб, вызванные годами издевательств надо мной, восстановить моё доброе имя перед банком и американским консульством, содействовать в получении визы в США, предоставить мне хорошие рекомендации от концерна LIEBHERR для будущих работодателей.
Для этого мы с Н.фон Зеела, сидя в его кабинете, вместе подсчитали задолженность компании передо мной по заработной плате в соответствии с российским законодательством. В расчетах задолженности передо мной я во всём шла навстречу Н.фон Зеела, желая поскорее распрощаться с таким моральным уродом как Э.Мэр, но оказалось, что и данная схема Н.фон Зеелы — всего лишь очередная попытка меня обмануть и отчитаться в Германии, что со мной договориться пытались, но это оказалось невозможно.
До сентября 2012 года (!) вместо отдыха и свежего воздуха для моего ребёнка, я, сидя с ребёнком в душной Москве, изучала с юристами, оплачивая их услуги, и согласовывала договоры, соглашения и дополнения, изобретаемые Н.фон Зеела и его юристами. Я занималась сбором и подготовкой справок, анкет, фотографий, тратила время на переговоры с руководством ООО «Либхерр-Русланд». И каждый раз Н.фон Зеела и его подчиненные требовали от меня сначала написать заявление на увольнение перед тем, как он когда-нибудь потом со своей стороны подпишет документы об оговоренных условиях. Со своей стороны он, в частности, требовал от меня подписания целого списка новых трудовых обязанностей, включая создание сервисного центра в г.Кемерово, организации там газоснабжения, поиска трёх инвесторов, желающих потратить 1 млн евро на это и т.д. и т.п. Когда я потребовала подобные условия из договоров убрать, Н.фон Зеела сразу отказался от всех своих обещаний и чтобы сообщить мне об этом, подослал ко мне вместо себя нового финансового директора ООО «Либхерр-Русланд» г-на Шенка, после чего не счёл нужным даже принести мне свои извинения, он просто пропал. Когда в августе 2012 Н.фон Зеела сообщил мне, что в Германии должно было пройти совещание в т.ч. по моему вопросу, я просила своего присутствия там и изложения ситуации от первого лица. Г-н фон Зеела по-хамски ответил мне, что «меня туда не звали». Зато на это совещание поехал Э.Мэр.
Когда я 22 августа 2012 г. приехала на встречу с г-ном Шенком, застала того в переговорной с Э.Мэром. Выйдя от него, товарищ Шенк откровенно нахамил мне, улыбаясь и сообщая, что во-первых, не будет передавать мне всё, что обо мне думает Э.Мэр, и во-вторых, что все ранее оговоренные со мной г-ном фон Зеела условия, отменяются: мне предлагается сумма вдвое меньше и на условиях выплаты за оказанные мной в будущем (!) финансовые консультации компании LIEBHERR от имени какого-нибудь моего ИП или ООО в соответствии с предложенным мне договором. Схема снова была предложена такой, что после получения моего заявления на увольнение, данный договор моментально был бы расторгнут, и возмещения долга я не получила бы ни копейки, к тому же осталась бы и без работы, и без возможности устроиться в другое место, с испорченной трудовой книжкой.
То есть все издевательства за период более 3 лет мне предложили по итогу терпеть за собственный счёт, ещё и доплатить; ни о рекомендациях, ни о решении вопроса с США, с банком и т.п. речи не шло вообще. Более того, г-н Шенк заявил мне, что мне и столько предлагать – «слишком много», а если мне это всё не нравится, то я могу идти дальше работать к Э.Мэру, что мне, по его мнению, «с ребёночком-то делать не очень удобно будет», и дал мне три дня на размышление.
Если кто-либо из руководства Либхерр чем-то недоволен — это претензия к Э.Мэру, которого никто не заставлял затевать это увольнение и портить мне трудовую книжку, не выплачивать положенные премиальные, не допускать меня до работы согласно трудового договора, продолжая накапливать задолженность передо мной, писать в Консульство США и Банк на меня гадости – я не наставляла на Э.Мэра пистолет, никто не мешал ему не начинать эту ситуацию, и никто не мешает ему прекратить её в любой момент. Теперь я со своей стороны не намерена прощать Концерну ни одного дня потерянной карьеры — не для этого я за всю свою жизнь оканчивала столько учебных заведений с красными дипломами и столько лет набиралась опыта в одной, интересующей меня рабочей специальности.
Я ещё в 2012 году дала г-ну Шенку неделю (до 01 сентября 2012 г) на согласие на ранее согласованные с Н.фон Зеела условия. С сентября 2012 года начинался уже четвёртый год созданной Э.Мэром ситуации, продолжающейся по настоящее время – 2015 год, только теперь ещё при полной осведомленности и молчаливого одобрения со стороны ООО «Либхерр-Русланд» и Liebherr International.
Считаю, что если в конфликте участвует две стороны, полагается выслушать обе. Меня за эти годы ни разу никто ни о чём не спросил и не выслушал, все слушают только точку зрения Э.Мэра, и в результате причина конфликтов чувствует себя прекрасно на рабочем месте в качестве директора, приобретает недвижимость на просторах Финляндии, а я, как жертва удовлетворения его больных амбиций, только выслушиваю требования уйти из компании, через суд получая с него средства к существованию своей семьи. Парадокс: ведь эту компанию в работу запустила я, а Э.Мэр делал всё, чтобы её уничтожить, и добился этого: компания теперь является банкротом.
На данный момент очевидно, что без вмешательства «сверху», г-да Э.Мэр и Н.фон Зеела не в состоянии, да и без малейшего желания, уладить данный конфликт. Ситуация ими сильно упущена, вышла из-под их контроля, долг передо мной продолжает расти как снежный ком, закрыть его самостоятельно они не в состоянии, как не в состоянии признаться в собственных ошибках. За эти ошибки платит и, обещаю, будет платить Концерн LIEBHERR.
Меня снова и снова вынуждают идти в суд. Прошедшие годы доказали неэффективность политики Э.Мэра — содержание неработающего сотрудника для Концерна однозначно невыгодно, особенно с учетом расходов на юристов, но ситуация продолжается по сей день, на дворе июнь 2015. Очевидно, она выгодна лично Э.Мэру и Т.Олсону. Свои амбиции эти люди удовлетворяют за счёт акционеров, ни один из них не потерял в этой связи за эти годы ни одного своего цента, не считая, конечно, премий от упущенных нынешними неквалифицированными кадрами сделок.
Я и мои юристы объясняли и объясняем, что иначе как договориться со мной по-хорошему, решить этот вопрос не получится. Угрозы и увольнения – это только шаги назад от направления скорейшего разрешения ситуации, я предупреждала об этом Э.Мэра ещё в декабре 2009 года, бегая за ним по коридору и предлагая договариваться ещё после первого восстановления. «Здесь никого нет!» — ответил он.
В соответствии с российским законодательством неправомерно понесенные руководителем организации расходы могут быть вычтены из его дохода. Я просила руководство в Германии после своего первого восстановления отнести все расходы по возмещению моего упущенного дохода на заработную плату Э.Мэра, и ему стало бы невыгодно продолжать эту ситуацию, и конфликт был бы решён очень быстро. Однако моё письмо было проигнорировано и руководством Liebherr. В результате мы восьмой год имеем продолжение.
В завершение уж очень хочется привести один пример: когда подобное случилось с одним из сотрудников в российском дочернем предприятии французской компании Airbus, а именно была предпринята попытка неправомерно избавиться от сотрудника, то после сообщения об этом руководству во Франции, ответственный за данную ситуацию руководитель был немедленно уволен из компании.
В связи с вышеизложенным прошу Вас как владельцев Концерна, от чьего имени со мной как сотрудником дочерней компании которого, здесь в России общаются подобным образом, повлиять на ситуацию. Прошу восстановить все мои нарушенные им права: восстановить репутацию и ответить за все мои неправомерно понесенные за эти годы нравственные страдания и расходы, если они вообще могут быть соизмеримы с теми украденными у меня 8 годами, которые мне никто никогда не вернёт. Вместо того, чтобы наслаждаться каждой минутой жизни своих 27 – 35 лет, я вынуждена проводить эти годы в судах, не успевая восстанавливать свои права, как Э.Мэр изобретает всё новые способы развлечений за мой счёт и счёт LIEBHERR.
Моя трудовая книжка на настоящую минуту снова испорчена, и выдавать новую, без порочащих меня записей, он также не желает, а без этого, и без положенного повышения в должности, я не могу и не стану даже начинать поиск новой работы. Мой банк перестал предлагать мне льготные кредиты, которыми заваливал меня до письма Э.Мэра. В Консульство США я могу даже не пытаться обращаться за визой для себя и своих детей, пока туда не будет направлено опровержение письма Концерна LIEBHERR от декабря 2010 года и доказательства улаженного рабочего конфликта как моего стабильного экономического положения.
Прошу Вас вмешаться и поручить разрешение этой затянувшейся уже на 8 лет вопиющей ситуации не зависимому от российского руководства сотруднику, который в состоянии сможет выслушать обе стороны конфликта и дать объективную оценку происходящему. Охотно предоставлю все имеющиеся диктофонные, телефонные записи, электронную переписку и документацию.