Владимир Логвиненко

Владимир Логвиненко: вернутся ли еще раз к власти «стародонецкие»? ЧАСТЬ 2

Ну а роль Владимира Логвиненко в этих аферах состояла в том, чтобы осуществлять им «крышу» со стороны местной власти Донецкой области. При этом, знакомство Логвиненко с Нусенкисом могло состояться благодаря патриарху «стародонецких» Василию Миронову, который «рулил» регионом более 40 лет: в 1947-55 как секретарь Донецкого горкома ЛКСМУ, в 1961-76 возглавляя Донецкий исполком, в 1976-82 горком КПУ, в 1982-88 Донецкий обком (до самой своей смерти).

Источники SKELET-info сообщали, что молодой Виктор Нусенкис якобы женился на дочери Миронова, чем и обеспечило себя стремительную карьеру и огромные возможности – хотя и всячески скрывал этот факт. И хотя отношения Логвиненко и Миронова могли складываться не совсем гладко (что объяснило бы его «ссылку» в Краматорск 1984-88 г.г.), Нусенкис вполне мог познакомиться с ним еще когда тот работал инструктором Донецкого обкома. И ведь какое интересное совпадение: угольные аферы Нусенкиса начали активно развиваться именно после того, как Логвиненко вернулся в Донецк и получил руководящее кресло в облисполкоме!

Еще один интересный факт: в 1989 году из Киева в Донецк вернулся Евгений Васильевич Миронов (1945 г.р.), сын почившего хозяина области, также сделавший карьеру по партийной линии. Который занял место отца, возглавив обком КПУ – правда, ненадолго, поскольку в 1991-м компартийная система власти приказала долго жить. Но среди тех немногих решений, которые успел принять Евгений Миронов, было повышение Владимира Логвиненко с должности заместителя начальника планово-экономического управления до первого заместителя председателя Донецкого облисполкома.

Логвиненко Владимир

Концерн «Энерго»

В 1992 году МПО «Дон» и СП «Энерго», которые были созданы Нусенкисом и Сургаем для осуществления своих угольных афер, выступили учредителями ООО «Концерн «Энерго». Теперь перед ними стояла более масштабная задача: побороться за статус главного угольного трейдера, причем не только в Украине, но и в России и Казахстане. В создании новой схемы помощь чиновников была архинеобходима. Например, концерну «Энерго» требовалось подмять под себя внутриукраинский рынок сбыта угля – в том числе ввозимого российского. Также требовалась помощь во взаиморасчетах с государственными и коммунальными предприятиями, у которых в начале 90-х зачастую не было своих «живых» денег (всё сгорало в пламени гиперинфляции). Это, не говоря уже о том, что донецкие чиновники хотели тоже чем-то поживиться, просто допуская «на своей территории» работу крупного частного предприятия.

Этих чиновников было слишком много, а единственное, что могло сдержать их жадность и желание напакостить, было участие в проекте влиятельного человека от власти. Был ли таким Логвиненко? Существует мнение, что он был, скорее, представителем таких людей — которые не могли или не хотели светиться сами. И вполне возможно, что одним из них был Евгений Васильевич Миронов, который хоть и потерял свой руководящий пост, но не потерял своих многочисленных полезных связей и наверняка собирался куда-то пристроить «казну» упраздненного обкома. Стоит также отметить, что в период 1992-94 г.г. (до новых выборов) вся власть в области находилась в руках «стародонецких» и «перестроечников» — и даже ОПГ приходилось искать подход к этим постсоветским управленцам, чтобы участвовать в начале дележа госимущества. Поэтому, когда Логвиненко вошел в число соучредителей и совладельцев «Энерго», он стал там едва ли не самой главной фигурой.

Итак, в 1992-94 г.г. у «Энерго» было три основных совладельца. Нусенкис (деливший свою долю с Сургаем и, возможно, с кем-то из минуглепрома) непосредственно занимался бизнес-управлением корпорации и связями с Россией и Казахстаном. Прокурор Геннадий Васильев, а также его старший брат Александр Васильев (возглавивший донецкую налоговую) обеспечивали прикрытие схем «Энерго» со стороны правоохранительных органов и помогали уклоняться от налогов. Так же, по информации некоторых источников SKELET-info, Васильев мог делить свою долю с группировкой Гены Узбека, с которым имел давние «особые» отношения. Ну а Владимир Логвиненко из кресла замглавы облгосадминистрации обеспечивал концерну самый благоприятный бизнес-климат. В этот период концерн «Энерго» и его учредители находились на самой верхушке социальной пирамиды Донбасса.

Однако в 1994-м им пришлось серьезно подвинуться. Причиной этого стали выборы губернатора Донецкой области, которые проиграл Логвиненко, уступив ключевой пост бизнесмену Владимиру Щербаню. Сразу после этого Логвиненко был понижен в своем статусе до заместителя председателя облисполкома по исполнительной работе. «Стародонецких» начал активно теснить альянс ударившихся в бизнес «красных директоров» и ОПГ, которые поддерживали на выборах в местные органы власти своих ставленников. Так, в 1994 году Сергей Тарута и Виталий Гайдук, при поддержке губернатора Щербаня и даже кое-кого из «стародонецких» (родителей Ольги Пшонки) создали «Индустриальный союз Донбасса», который занялся газовыми схемами – более прибыльными и эффективными, чем угольный бизнес «Энерго». Соответственно, новым фаворитом Донбасского региона стал ИСД, в который очень скоро вошел стремительно набиравший вес Ринат Ахметов. Впрочем, нет худа без добра: «Энерго» перестала быть желанной добычей №1 для ОПГ Ахметова, к тому же тогда в состав её совладельцев вошел Константинос Папунидис – известный в криминальных кругах под прозвищем Костя-Грек. Поговаривали, что Костя-Грек представляет интересы блатного сообщества и старых воров, которые в свою очередь были связаны со «стародонецкими» (они, мол, и пригласили их в концерн). И Папунидис не просто возглавил созданный при концерне «Кредипромбанк», но и сделал его хранилищем воровского «общака» — а это давало и банку, и «Энерго» дополнительную защиту от посягательств со стороны донецких ОПГ.

Потом, когда из ИСД выделился «Систем Кэпитал Менеджмент» Ахметова, на Донбассе появились три лидирующих корпорации, представляющие три группы донецкой элиты. «Энерго» опиралась в основном на «стародонецких», которые неуклонно теряли влияние над регионом, но зато через концерн выходили в большой бизнес на территории России. ИСД, с её «перестроечными директорами», ставшими олигархами, после раздела с Ахметовым фактически пошла по стопам группы «Энерго». А основное влияние в регионе осталось за «Систем Кэпитал Менеджмент» и кланом Ахметова, представляющего собою весьма пеструю команду из бывших «теневиков» и бандитов 90-х, которая срослась с частью «стародонецких» и «перестроечнных». Однако ничто не вечно под Луной, и в 2014 году позиции клана Ахметова серьезно пошатнулись. Впрочем, не будем забегать вперед.

Бизнесмен и губернатор

В январе 1996-го Владимир Логвиненко бросил роботу в облисполкоме, где он так и не сработался со Щербанем, и ушел в легальный бизнес – официально возглавив концерн «Энерго». И можно уверенно сказать, что он был там вовсе не зицпредседателем, поскольку именно в этот период «Энерго» перешла от угольных схем к приватизации предприятий, потребляющих уголь: Макеевского и Ясиновского коксохимических заводов и Донецкого металлургического. Также к концерну присоединилась шахта «Красноармейская-Западная №1», приватизированная в 1996 году своим директором Леонидом Байсаровым – он стал пятым совладельцем группы «Энерго».

Фактически бизнесом «Энерго» в Украине управлял Логвиненко, а вот Нусенкинс к концу 90-х перебрался на ПМЖ в Россию, развивая угольный бизнес «Энгерго» в Кемеровской области. Развивая путем вывода средств из Украины через систему оффшорных компаний, входящих в структуру «Энерго», и вкладывая деньги в российскую экономику, а также в РПЦ (помимо очень щедрого спонсирование УПЦ МП в Украине).

А вот затем, в апреле 2005-го, Логвиненко вернулся во власть – можно сказать, триумфально. Он получил себе кресло заместителя губернатора Донецкой области (которым тогда был Виктор Янукович) по вопросам промышленности, энергетики и транспорта. Логвиненко просидел в нем следующие три года, когда Янукович отбыл в Киев, а его заменил Анатолий Близнюк – еще один человек из обоймы «стародонецких», с которым Логвиненко был знаком еще с 80-х годов по работе в Краматорске. И ушел оттуда только с приходом киевского назначенца Чупруна, посаженного руководить областью после «оранжевой революции», но не справившегося с этой задачей.

Анатолий Близнюк

Анатолий Близнюк

И вот чудеса политической трансформации: в мае 2005 года Владимир Логвиненко, будучи одним из главных «донецких» становится советником секретаря СНБО Петра Порошенко – одного из самых близких к Ющенко людей, его кума и главного из «любих друзів». А в мае 2006-го Логвиненко неожиданно получил всё-таки должность главы Донецкой области, которой когда-то так долго добивался. Но почему? До «парламентского переворота» и создания «антикризисной коалиции» оставалось еще три месяца, то есть назначение Логвиненко никак не было связано с кознями регионалов. Напротив, говорили, что кандидатуру Логвиненко проталкивало окружение Ющенко – и не как взятку Партии Регионов за возможное создание «широкой коалиции» (ПР + «Наша Украина»). Ведь Логвиненко оставался на своей должности и после кризиса 2007, и при правительстве Тимошенко, до самого марта 2010 года. Более того, в паре с ним на должности председателя областного совета всё это время работал Анатолий Близнюк.

Секрет этого необходимо искать в понимании того, что «донецкие» — это не только клан Ахметова. «Оранжевые» тогда решили вновь возвысить представителей «стародонецких», отдав им область, одновременно сделав и кое-какие послабления ИДС Таруты и Гайдука, чтобы ослабить этим позиции «ахметовских» на их собственной родине. Любой назначенец из Киева был бы на Донбассе чужаком, против которого бы объединялась вся местная элита (что и происходит в настоящее время). А вот сделать губернатором представителя тех местных, которые предпочтут союз с Киевом, чтобы загнать «ахметовских выскочек» обратно – это был весьма мудрый политический шаг.

Впрочем, эпоха губернаторства Логвиненко не стала временем краха группы Ахметова, который не стал воевать со «стародонецкими», а напротив, использовал уже примкнувших к нему для того, чтобы наладить выгодные отношения с новой властью. И период 2006-2010 в регионе особенно отличился, во-первых, резким ростом числа «копанок», которые участвовали в угольных схемах Ахметова, Иванющенко и Александра Януковича (Саши Стоматолога), очень уж похожих на схемы Нусенкиса и «Энерго». С той разницей, что дешевый уголь не закупался на Кузбассе, а нелегально добывался в копанках – а потом, оформленный как добытый на шахтах, он направлялся на предприятия Ахметова по фиктивно завышенной цене. Во-вторых, тогда же на Донбассе произошел настоящий взрыв «аптечной наркомании», когда через принадлежавшие «стародонецким» сети аптек массово распространялись трамадол и другие наркотические препараты. Губернатор просто не мог быть не в курсе этих дел!

И уже явно не было совпадением, что в этот же период концерн «Энерго» получил новый толчок к развитию уже не только на Донбассе, но и в Киеве. Увы, развитие это во многом достигалось за счет мошенничества! В первую очередь это касалось входящего в группу «Энерго» АКБ «Кредитпромбанка», через которые проворачивались финансовые аферы: к началу 2009 году банк был должен 400 миллионов долларов своим вкладчикам и кредиторам. Тогда всю вину возложили на официальных совладельцев: Нусенкиса, Васильева и Папунидиса. Байрамов, который официально считался владельцем только своей шахты «Западная-1», оказался к этому как бы непричастным. И уже совсем никто не называл фамилии донецкого губернатора – ведь формально Логвиненко вышел из бизнеса еще в 2002-м. Вот только реально он так и не пояснил тогда происхождения своего состояния в 95 миллионов долларов (на 2008 год). Более того, Логвиненко никогда и нигде не декларировал наличие у себя каких-то акций, предприятий, оффшоров и т.д. А неофициальные источники утверждали, что Логвиненко продолжает контролировать около 15% акций «Энерго».

Финал его карьеры был весьма эффектным: как только Логвиненко отправили в отставку, структуры Сергея Левочкина начали массированную атаку на активы «Энерго» в Украине (Кредитпромбанк, Донецкий метзавод, коксохимы, шахты «Покровская» и «Западная-1»). Впрочем, атаки были безрезультатны – может быть потому, что Логвиненко сменил его старый друг и соратник Близнюк? Это потом, уже в 2011 году, когда «ахметовские» выжили и Близнюка, для «Энерго» в Украине наступили весьма мрачные дни: Васильев начал делить бизнес с Нусенкисом, причем, желая заполучить и российскую часть активов концерна. А вот что касается Владимира Логвиненко, то о нем после 2010 практически не было слышно. Конечно, с одной стороны, он, в силу своего возраста он уже не годится для государственной службы – но повод ли это полностью уходить в тень? Для современных политиков и бизнесменов – нет, но ведь Логвиненко был взращен «стародонецкими» и перенял их традицию всегда оставаться за кулисами события.

Сейчас события на Донбассе 2014-2017 г.г. пытаться объяснить исключительно происками Кремля и авантюрами команды Ахметова, и почему-то никто не вспоминает о таком очень важном факторе, как «стародонецких» — в том числе и о затаившемся где-то за шторой Владимире Логвиненко. Ведь они тоже играли в этих событиях свою роль, и возможно самую главную! Которая пока что остается невыясненной до конца…

По материалам skelet-info.org